1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как люди умирают от рака видео

Как умирают больные раком

Благодаря многолетним наблюдениям, подсчитано, что за последнее десятилетие в стране прибавилось 15% онкологических больных. Всемирная организация здравоохранения публикует данные, которые говорят о том, что за один год умирает не менее 300 тысяч пациентов и постепенно эта цифра только увеличивается. Несмотря на рост качества диагностических мероприятий и частоты их проведения, а также оказание все необходимой медицинской помощи для онкологических пациентов, показатели смертности остаются критически высокими. В этой статье мы расскажем, как умирает больной раком, какие симптомы сопровождают его последние дни.

Общие причины смерти от рака

Одна из основных причин, отчего умирают больные раком – поздняя диагностика заболевания. Есть единогласное мнение врачей, что на ранних этапах развитие рака можно остановить. Ученые выяснили и доказали, что для того, чтобы опухоль выросла до тех размеров и стадии, когда она начинает метастазировать, должно пройти несколько лет. Поэтому часто больные не имеют понятия о наличии в их организме патологического процесса. У каждого третьего онкологического пациента заболевание диагностируется на самых тяжелых стадиях.

Когда раковая опухоль уже находится «в цвете» и даёт множество метастаз, разрушая органы, вызывая кровотечения и распад тканей, патологический процесс становится необратимым. Врачи способны только замедлить течение смертельной болезни, проводя симптоматическое лечение, а также обеспечить больному психологический комфорт. Ведь многие пациенты знают, насколько больно умирать от рака, и впадают в сильную депрессию.

Важно! О том, как умирают больные раком, важно знать не только специалистам, но и родственникам больного. Ведь семья – это главные люди в окружении пациента, которые могут помочь справиться ему с тяжелым состоянием.

Другая причина, отчего умирают онкологические больные – отказ работы органов вследствие прорастания в них раковых клеток. Данный процесс протекает длительно и к уже имеющимся симптомам присоединяются вновь образовавшиеся. Постепенно пациенты теряют в весе, отказываются от еды. Это происходит из-за увеличения площади прорастания старых опухолей и стремительного развития новых.Такая динамика вызывает сокращение запасов питательных веществ и снижение иммунитета, что приводит к ухудшению общего состояния и недостаточности сил в борьбе с раком.

Пациентов и их родственников обязательно информируют о том, что процесс распада опухолей всегда мучителен и насколько больно умирать от рака.

Симптоматика больного перед смертью

Существуют общая симптоматическая картина, которая описывает то, как умирает раковый больной.

  • Усталость. Больных очень часто мучает сильная слабость и постоянная сонливость. С каждым днём они меньше общаются с близкими, много спят, отказываются совершать любые физические нагрузки. Это происходит по причине замедления кровообращения и угасания процессов жизнедеятельности.
  • Отказ от еды. К концу жизни онкологические больные сильно истощены, так как отказываются принимать пищу. Это происходит практически у всех по причине снижения аппетита, поскольку организму попросту не нужны калории, ведь человек не совершает никакой физической активности. Отказ от питания связан и с депрессивным состоянием мученика.
  • Угнетение дыхательного центра вызывает чувство нехватки воздуха и появление хрипов, сопровождаемых тяжелым дыханием.
  • Развитие физиологических изменений. Происходит уменьшение количества крови в периферии и увеличение притока к жизненно важным органам (легким, сердцу, мозгу, печени). Именно поэтому накануне кончины руки и ноги у пациента синеют и часто приобретают слегка фиолетовый оттенок.
  • Изменение сознания. Это ведёт к дезориентации в месте, времени и даже собственной личности. Больные часто не могут сказать, кто они такие и не узнают родственников. Как правило, чем ближе смерть, тем сильнее угнетается психическое состояние. Возникают ощущения приближающейся смерти. Помимо дезориентации, пациенты часто замыкаются в себе, не желают разговаривать и идти на любой контакт.

Психологическое состояние больного перед смертью

За время борьбы с болезнью изменяется психологическое состояние не только больного, но и его родственников. Отношения между членами семьи нередко становятся напряженными и влияют на поведение и общение. О том, как умирает больной раком и какую тактику поведения необходимо выработать, врачи стараются рассказать родственникам заблаговременно, чтобы семья была готова к изменениям, которые вскоре произойдут.

Изменения личности ракового больного зависят от возраста, характера и темперамента. Перед смертью человек старается вспомнить свою жизнь и переосмыслить её. Постепенно больной все больше уходит в собственные размышления и переживания, теряя интерес ко всему, что происходит вокруг него. Пациенты замыкаются, так как стараются принять свою судьбу и понимают, что конец неизбежен и никто не сможет им помочь.

Зная ответ на вопрос, больно ли умереть от рака, люди опасаются сильных физических страданий, а также того, что серьезно осложнят жизнь своим близким. Самая главная задача родственников при этом – оказывать любую поддержку и не подавать вида, как им тяжело ухаживать за онкобольным.

Как умирают больные с разной онкологией

Симптомы и скорость развития опухолей зависит от места локализации процесса и стадии. В таблице приведена информация о частоте смертности разных видов онкологии:

Когда сгорающий от рака человек просит убить его — он молит о помощи

Наш корреспондент Юлия Юзик помогала мыть больного. Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

— Запомните, здесь нельзя говорить о смерти. Наши пациенты не умирают, они — уходят! — предупредила, закрывая за мной дверь, сестра-хозяйка.

Хоспис — это место, где доживают свои последние дни люди, находящиеся на четвертой стадии рака. Четвертая стадия — это приговор. Спасение невозможно. Остается лишь ждать.

Ночью, как и днем, жизнь кипит. Особенно в столице. Люди рождаются, умирают, пекут хлеб, печатают газеты, куда-то уезжают, кого-то бросают. Причем подмечено: и рождаются, и умирают ночью чаще, чем днем. Несправедливо, что ночная жизнь остается для нас почти неизвестной. Отныне справедливость восторжествует: наш корреспондент Юлия ЮЗИК будет работать, пока вы спите, чтобы потом в подробностях отчитаться перед вами. Первая ночная смена — в хосписе, — надеемся, она будет последней настолько тяжелой и мрачной. Но это жизнь, и нужно набраться мужества, чтобы как должно воспринимать и радости, и трагедии.

Читать еще:  Как быстро развивается рак горла

23.40 Нам с фотографом выдают белые халаты и шлепанцы.

— Сейчас все пациенты отдыхают, но ночи у нас беспокойные. Пока тихо, пойдемте, покажу наш хоспис, — улыбается сестра-хозяйка Оленька.

Иду и удивляюсь: фонтанчики журчат, попугайчики трещат, на стенах картины. Почему все так светло и радужно — здесь же умирают люди?

Оля словно угадывает мои мысли.

— Те, кто у нас лежит, никогда не выздоровеют, у них нет надежды. Мы должны проводить их достойно, красиво, избавить от болей, подарить уют и красоту. Пусть последние.

Над каждой палатой светится табличка «Не входить!». Запах лекарств. Абсолютная тишина.

— Видите диванчик? Знали бы, сколько слез он впитал, — говорит Оля и показывает на дверь за спиной. — А это морг.

Путь человека, который попадает в хоспис, неизбежно заканчивается в морге. Холодильник в нем новенький, импортный, поддерживающий оптимальную температуру. Рассчитан на пять мест. Полочки, одна над другой. Впрочем, к небу все одинаково близко.

0.00 В это время медперсонал делает уколы. Лекарства здесь не простые — морфин, диаморфин (героин). После них веки закрываются, боль притупляется, и человек видит фантастические сны.

— Сергей Сергеич, укольчик сделаем? — осторожно будят высохшего старика.

Тот тянет руку из-под одеяла.

— Вы когда-нибудь слышали, как воет пароходная сирена? Забудете мне укол сделать, услышите.

— Дедуля — молодец, бодрячком держится, хотя в последнее время сдавать начал, — тихо говорит медсестра, когда мы выходим из палаты. — Врачи районной больницы виноваты: чтобы он их не доставал, на наркотики посадили, дозы огромные кололи. Теперь мы потихоньку снижаем, а зависимость уже ого-го.

— Вы — ангел! — шепчет мужчина, открыв глаза и увидев медсестру Машеньку. Она сделала ему укол, от которого стала таять боль, и погладила по руке.

Следующая палата — женская. Почти все спят. Головы закинуты, рты открыты, дыхание тяжелое.

— В эту палату не надо заходить, — предупреждает меня медбрат Саша, — здесь онкобольная на стадии разложения.

Я застываю на пороге. Этот запах мучительно описывать. Женщина постанывает. Господи, так пахнет живой человек!

Судорожно сжимаю руки в карманах халата. Если бы еще одна палата — клянусь, переломала бы себе пальцы.

0.50 Больных здесь — 27 человек. Всех, кому предписаны инъекции, обежали, разбудили, укололи. Теперь есть минутка, чтобы передохнуть.

— Все пациенты знают, что их уже невозможно вылечить? — спрашиваю после первого глотка чая в сестринской.

— Нет, — сразу отрезает сестра-хозяйка. — Многие не знают даже, что такое хоспис. Родственники привозят, говорят, что это, мол, кремлевская больница — потому такие добрые и чуткие врачи и медсестры. Некоторые так и умирают, ни разу вслух не спросив: «У меня что, рак? Я умру?» Наверное, боятся услышать ответ.

— Как же так?

— Понимаете, в нашем хосписе человек не может умереть от боли. Это в больницах человек кричит, сходит с ума. У нас боли не дают «разгуляться». Только началось — укол. После него наступает облегчение, и многие думают, что, раз боль ушла, значит, они идут на поправку.

— Может, так действительно гуманнее? Это же невыносимо жестоко — сказать человеку: ну, братец, месяц-два максимум!

— Жестоко, когда человек обманывает сам себя. Нужно иметь мужество, чтобы признать: я скоро умру. У меня есть два месяца, чтобы завершить дела, попросить у кого нужно прощения, поставить точку и расписаться.

— А нужно ли бороться за жизнь, если она, жизнь, вот такая?

— К нам однажды приехали с телевидения. Вера Васильевна, наш главврач, их приняла. Они: ведь есть эвтаназия, это милосердие. Она им такой отлуп устроила, за пять минут корреспондентка расплакалась. «Когда ваш близкий, сгорая от рака, просит: убейте меня, это значит, он кричит вам: «Я не хочу умирать, но мне стыдно быть обузой». Это крик о помощи. Умирать всегда страшно, ведь никто точно не знает, есть ли жизнь там».

«Таких спокойных ночей у нас давно не было!»

Ночь протекает тихо, как кровь в венах онкобольных. В 4 утра зазвенел звоночек: кто-то зовет на помощь. Я с медбратом Сашей шаркаю в палату.

— У этого мужчины рак кости, но он об этом не знает, — говорит Саша. — У него уже четвертая стадия была, а он на работу ходил, боль в спине глушил баралгином. В семье семь человек, и все в одной комнате. Он на полу спал, представляешь? А в одно утро проснулся и встать уже не смог. Его обследовали и к нам привезли.

Мы подходим к палате и замолкаем. Мужчина читает книгу.

— Братец, уже семь утра-то есть? Болит, зараза, спасу нет! Может, уколешь меня?

— Сейчас, шприцы подготовлю, — тактично отвечает Саша. Наркотики положено делать в 5.00. Еще целый час.

— Он все на работу хочет побыстрее. Выздоровею, говорит, — сразу на завод. Но это, боюсь, у него уже не получится.

Возвращаемся на пост. Медсестричка разводит руками:

— У нас таких спокойных ночей давно не было! То боли, то с легкими проблемы, то в туалет. Ни минуты покоя! В предрассветный час многие умирают. Не знаю, что за мистика — один вызов за всю ночь! Наверное, от вас какая-то положительная энергия исходит!

5.00 Очередные уколы, чтобы подготовить больных к утренним процедурам: больного моют и меняют белье. Рак — это одна нескончаемая боль, боль при любом движении. Для того чтобы суметь повернуть человека на бок, ему приходится колоть наркотики. За час наркотик снимает боль. В 6.00 начинаем.

— Чего стоите в стороне, берите белье! — Мне в руки ухает пачка постельного белья. Молодая медсестра Вика ухмыляется и дает мне пару резиновых перчаток.

Первая палата. Включается свет. Мне становится не по себе, ведь ночью уколы делают при тусклом освещении. Больная, которую нам предстоит помыть, — пожилая Елена Павловна. Розовое лицо, тонкие руки и ноги, на голове — седой пушок. Блаженная улыбка. Как ребенок.

— Рак мозга, — тихо шепчет Вика, и, убирая одеяло, говорит с нежностью: — Доброе утро, Елена Павловна! Умоемся? Спинку протрем?

Читать еще:  Что может мешать в гортани при глотании

Бабулечка улыбается. Ребята разбавляют пенку водой и начинают: глазки умыли, грудь и подмышки, все тело.

— А теперь подмывание.

Человек гниет с ног

Хоспис — не только пафосные мысли об уходящих. Это адский труд. Черная работа молодых мальчиков и девочек, подмывающих больных старушек. Надевающих памперс взрослому мужику. Я морщусь. Мыть разлагающегося, но еще живого человека? Через сколько нужно переступить: брезгливость, боязнь причинить боль, вину за то, что ты здоров.

— Протри спину и попу камфорным спиртом, а потом лосьончиком. — И я деревянными руками втираю лосьон.

— Каждую складочку протри, а теперь обработаем пролежни, — командует Вика. Движения мои становятся увереннее. Массирую бабуле шею, втирая крем.

Ноги пожелтевшие, обтянутые кожей. Рак — неравный соперник. Ты всегда остаешься побежденным. А он, победив, начнет потихоньку, кусочек за кусочком, лакомиться тобой. И начинает с ног.

Мой дед — здоровый мужик, который мог завалить руками медведя и влить в себя столько водки, сколько находится в поле его зрения, — сгорел за два месяца.

За неделю до смерти он лежал и, отвернувшись к стене, плакал. Его ноги были обглоданы до костей.

На днях в хоспис привезли огромного дядьку. У него еще сильные руки, мощная грудная клетка, большой живот, но тонкие, высохшие ноги. И, заходя в каждую палату, я видела одно и то же.

Я тащу губки, пену и пододеяльники.

— Юля, сейчас лучше тебе выйти, — говорит Саша. — Здесь рак матки.

Но раз я работаю в ночную смену, то и должна делать все, что делают они. Подхожу с намоченной губкой. Вика снимает одеяло. «Черт возьми!» — шепчу я, и вода сбегает с губки мне на шлепанцы. Я знала, что рак — это опухоль. Она съедает потроха, мозг, пускает метастазы — но это там, внутри. Этого не видно. Оказывается, рак матки — это съеденные половые губы. Черная плесень. Оставьте на неделю кастрюлю с супом, и вы увидите то, что увидела я.

Женщина смотрит в потолок, ей страшно заглядывать себе между ног. Чувствую, что сползаю на пол. «Только бы не при ней!» — твержу я себе, прислоняюсь к стене и так вываливаюсь в коридор. Страшно увидеть, как человек, взглянув на тебя, грохается в обморок. В коридоре сажусь на пол и рыдаю.

— Сашка, как можно выдерживать это? Зачем тебе, молодому и красивому, видеть, как страшна смерть? — шепчу я, когда медбрат выходит из палаты. — Ну зачем?! Зная, что не можешь им помочь.

— Ну кто-то же должен это делать. Они достойны того, чтобы уйти красиво.

Если пропустить через себя всю боль — сгоришь быстро

7.15 Последняя палата. Меняю постельное белье и стараюсь меньше смотреть на лица обреченных. Благо что раннее утро и все в полусне: мне не пришлось ни с кем говорить.

— Это прием такой — стараться держать дистанцию, всем помогать, но никого не пускать в душу. Кто это правило нарушает — долго здесь выдержать не может. Все просто: человеку положено хоронить родителей и иногда близких. Раз, два, три. А здесь умирают почти каждый, а то и по два раза на дню. И если пропускать через себя всю боль — сгоришь быстро, — учит меня сестра-хозяйка Ольга.

— Дочка, дай. воды. пить. — хрипит старик, которого я укрываю одеялом.

Подношу крохотный кувшинчик, приподнимаю ему голову. Глоток, второй.

Я отошла от кровати и заметила, как на соседней пожилой мужчина пытается что-то поймать в воздухе. Глаза закрыты, движения вялые и беспомощные.

— Все будет хорошо, все будет хорошо, — шепчу я как заклинание и ловлю его руку — холодную, восковую. Держу ее в своих ладонях; когда бы еще я поняла, как они горячи! Он кладет их на грудь, я тихонечко глажу их. Он открывает глаза, с минуту вглядывается, пытаясь узнать, кто я. Наверное, в этот миг мы оба обманулись. В нем я видела своего деда, и потому, плача, так отчаянно растирала его мертвые холодные ладони. Он мог видеть во мне дочку, внучку, свою первую любовь. Да разве это важно?! В то утро мы помогли друг другу.

8.05 Мое дежурство подходит к концу. Все молодые ребята с красными от недосыпания глазами, но бодрые и улыбающиеся: этой ночью Бог миловал — никто не умер.

Но утром началось ухудшение у одного из пациентов. А это значит, что сегодня хоспис покинет еще один человек. 266-й за этот год.

Здесь я поняла, что такое жизнь

— Вы не пишите только о смерти, пусть хоть что-то светлое будет, — просят меня.

Светлое в хосписе? «Кощунство!» — подумала бы я, только заступив на смену. К утру уже кое-чего понимаю. И вам скажу: хоспис — это не дом смерти. Только здесь я поняла, что такое жизнь. И эти люди, в палатах которых нет зеркал и часов, люди, которые корчатся в страшных муках, — они дали мне урок.

— Что больше всего запомнилось? Знаешь, тут одна бабуля лежала, а муж ее все время рядом был, на работу — и к ней сюда скорей. Началось ухудшение — ему звонят, он задерживается, в пробке стоит. Она уже умирает. Только увидела его на пороге — кричит из последних сил: «Милый приехал! Как же я тебя люблю, милый!» Она лежит худющая, в одних памперсах, он ее обнимает. Она умерла спокойно — дождалась.

А вы говорите — живые трупы. Они научат нас всех тому, как нужно любить жизнь: отвоевывая свой последний рассвет, последний глоток воды, последнее признание: «Как же я люблю тебя!»

МОСКОВСКИЕ ХОСПИСЫ

Первый московский хоспис департамента здравоохранения (ул. Доватора, 10, тел. 245-41-06) — основан в 1994 году английским публицистом Виктором Зорза и врачом высочайшей квалификации Верой Миллионщиковой.

Имеет выездное отделение для оказания медпомощи на дому и дневной стационар.

В Первом московском хосписе могут получить помощь жители Центрального округа Москвы. Остальные — только через направления Минздрава.

Кроме Первого хосписа, в Москве работают еще два: Первый московский хоспис для детей (тел.: 324-43-17), хоспис в Юго-Западном округе.

У кого близкие умерли от рака, какими были последние дни?

[quote=»liorelein» message_id=»60673195″]Автор, Вы в каком городе живете? Есть смысл поискать хоспис, там уход и обезболивание будут на хорошем уровне. Папа Ваш хотя бы последние дни проведет достойно.

Читать еще:  Симптомы при раке легких перед смертью

Очень глупое и безликое пожелание, но — держитесь, сделайте ВСЕ возможное, чтобы облегчить его уход((([/quo

Очень мудрый совет! Ну при условии, что в городе, где проживает отец автора, есть хороший хоспис.

*** совсем? Против Господа идете? Завещано-не мучать тело,душа на суд будет представлена. Ваши иконки и молитвы прикладяайте себе на причинное место-может поможет отстать от светской жизни

Мой 48. Ели деда удалось как ветерана положить,а то все дома.Бабушку отказались брать.Поэтому приходилось договариваться и платить,чтобы вместо трамала делали другое,может сейчас строже.Раньше трамал был вообще легкодоступен,я его вообще дома колол и потом таблетки пил,после травмы ноги.Поэтому могу сказать по себе,никакой там особой эффективности нет.Попробуйте еще действительно анальгин с димедролом колоть ему.Государству на всех .

Ты чекнутая? Автор поделилась горем, ты смерти желаешь. Надо быть реалистом и понимать, что смерть при таких мучениях -это спасение для самого умирающего. Не видела, не знаешь, рот не разевай.

Пишут, что злоупотреблений возможностью может быть много. Но так и вправду может. Но это ведь тема не для рассуждений о введении эвтаназии? А рак сам по себе не конец. Обследоваться бы почаще нашим дремучим людям, и жалобы не скрывать, а прямо говорить. Намного бы было меньше проблем у всех

Терпения вам! Кололи кетанал, вроде лучше чем простой анальгин помогает. Хотя я бы морфий купила на такой случай, наркоманы же могут его найти, а что мы не можем. Очень вас понимаю насчет ребенка, у самой мелкий, спасает отдельная комната у больного, если что, ухудшение, может напугать -закрываю дверь на замок. В худшем случае надо будет ребенка увозить, хоть комнату/квартиру снять, хоть к родственникам. Но у нас еще выписаны нейролептики, а также снотворные иногда даю. Хоспис у нас запросил 170 тыщ, не знаю, есть ли где другие. Есть еще паллиативные отделения в больницах, об этом мало кто знает почему-то, там проосто ухаживают за тяжелыми больными, но не больше 21 дня, узнайте, как раз в основном для тяжелых больных с онкологией. Хотя возможно у вас уже счет на дни идет.

Родственница одна у нас во сне умерла, но страшно промучилась перед этим три года. вторая сгорела за год, и там страшная смерть -захлебнулась кровью. Но в основном все правильно говорят — человек отказывается есть, потом как бы спит все время, потом кома.

Люди массово умирают в первую очередь от химиотерапии, а не от рака!

Доктор Хардин Б. Джонс, бывший профессор медицинской физики и физиологии в университете Калифорнии, Беркли. Он работал над исследованиями, связанными с применением химиотерапии при онкозаболеваниях, в течение 25 лет.

Вот к каким выводам он пришел.

Получается, что рак — это не более, чем бизнес! Цикл включает в себя врачей, больницы, фармацевтические компании. Все они получают прибыль, когда пациенты, обращаются к ним с целью прохождения опасного лечения, такого как химиотерапия, облучения, операции по удалению пораженных частей тела.

Наука подтверждает этот аспект, хотя в медицинской отрасли утверждают, что химиотерапия действительно помогает пациентам одержать победу в борьбе с вредоносным заболеванием.

Доктор Хардин Б. Джонс считает, что пациенты, которые проходят химиотерапию, часто умирают страшной смертью. После химиотерапии больные умирают быстрее, испытывая больше боли, чем те, кто идет другим путем. Доктор Джонс обнаружил, что химиопрепараты сокращают жизнь пациента, и в конечном итоге убивают его. Все это держится в секрете, поскольку заинтересованные лица зарабатывают на этом миллионы долларов.

«Люди, которые отказались от лечения химиотерапией, живут в среднем на 12,5 лет дольше, чем люди, которые получают химиотерапию», — объясняет доктор Джонс в своем исследовании, опубликованном в Нью-Йоркской Академии наук.

«Люди, которые принимают химиотерапию, погибают в течение 3 лет, а многие только через несколько недель после начала лечения.»

«Пациентки с раком молочной железы, которые отвергают общепринятую терапию, живут в четыре раза дольше, чем те, которые следуют системе. Это то, что вы не услышите в средствах массовой информации, которые будут продолжать распространять миф о том, что химиотерапия является лучшим лекарством в борьбе с раком!»

Журнал Американской медицинской Ассоциации опубликовал исследование, согласно которому наиболее распространенные методы лечения для рака молочной железы, которые до сих пор используются, на самом деле не делают ничего, чтобы уменьшить скорость развития рака молочной железы или даже продлить жизнь.

Подобные убеждения подтвердились и в двух других исследованиях, опубликованных в Лансер.

Одно из исследований было проведено в Израиле а другое в Британии. Они оба показали, что химиотерапия не может улучшить выживаемость пациентов с диагнозом рак молочной железы. «Тщательно скрывается правда о том, что многие люди, которые умерли от рака, на самом деле умерли от лечения, которое включало химиотерапию или облучение».

«Химиотерапия работает, убивая здоровые клетки организма прежде, чем они успеют уничтожить рак.»

Пациенты, которые умирают от рака, на самом деле умирают из-за недоедания. Это происходит в результате того, что раковые клетки поедают питательные вещества из организма, и в конечном итоге разрушают иммунную систему. Организм не может защитить себя в таких условиях.

К сожалению, современная медицина не заинтересована в том, чтобы вы знали секрет о традиционной терапии рака. Курс химиотерапии стоит колоссальных денег.

Как вы сами можете увидеть, это и является главной причиной, почему химиотерапия предлагается больным с диагнозом рак.

Химиопрепараты не могут ни уничтожить рак, ни продлить жизнь. Единственное, что они могу сделать — это изнурить организм до такой степени, что в конце концов жизнь человека угасает как зажженная спичка…. источник

Невзирая на факт, что химиотерапия — золотой стандарт лечения онкологии, процент выживаемости после такой процедуры составляет всего лишь 2 %.

Если ты или твои близкие вступили в борьбу со страшным недугом, не спеши слепо соглашаться с врачами, предлагающими приступить к курсу химиотерапии. От подобного решения зависит жизнь, а потому нельзя возлагать ее лишь на плечи частенько сомнительных специалистов. источник

Доктор Шишонин: Почему опухоли мозга поражают артистов?

Дмитрий Хворостовский, Михаил Задорнов, Жанна Фриске, Валентина Толкунова, Элизабет Тейлор, Мари Фредрикссон, солистка группы Roxette.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector